Ряса пассиониста чёрная. На груди нашит знак ордена: сердце с крестом над ним. Евгений Босилков принёс монашеские обеты как пассионист в 1920 году, а с 1926 года стал ещё и священником.
Он на этом не остановился. Босилков продолжил учёбу и защитил докторскую диссертацию в Папском восточном институте в Риме. Там изучают христианский Восток: церкви, обряды и историю той части мира, откуда родом он сам. Мальчик из Белене, выросший на берегу Дуная, теперь говорил о родном крае языком учёного.
Но знания не заперли его в кабинете. Пассионисты — конгрегация, известная проповедями и миссиями. Босилков занимался и тем и другим.
Пастырь дунайских сёл
В 1947 году папа римский назначил его епископом Никопольской епархии. Это католики Северной Болгарии: небольшие общины, разбросанные по сёлам вдоль Дуная. Среди них и Белене, где он родился.
Работа епископа была конкретной и выматывающей. Он объезжал приходы, рукополагал священников, отвечал за них перед Римом и перед людьми. Совершал миропомазание детей, освящал церкви, разбирал споры, писал письма.
Но была и ловушка. Шёл 1947 год. Тремя годами раньше коммунисты взяли власть в Болгарии и уже не скрывали, что думают о вере. Католическая церковь мешала им вдвойне: её глава находился за границей, в Ватикане, а для новой власти это означало иностранное влияние.
Босилков стал епископом как раз тогда, когда это звание начало становиться опасным. Не раньше и не позже.
Годы закручивания гаек
Следующие годы прошли под давлением. Власть смотрела на священников как на людей, которые должны либо подчиниться, либо исчезнуть. Одни молчали, другие сгибались, третьи становились неудобными. Перед каждым церковным лидером в Восточной Европе стоял один и тот же выбор, и каждый делал его сам.
Босилков остался на своём месте. Он продолжал руководить епархией и не отказался от связи с Римом, которую новые правители считали самым тяжёлым обвинением. Иначе говоря, он делал именно то, для чего был рукоположён, и именно это теперь стало преступлением.
16 июля 1952 года его арестовали в Софии.
Дальше всё пошло по сценарию, который в те годы повторялся по всей Восточной Европе. Арест, следствие, заранее составленное обвинение и суд, где приговор известен ещё до начала заседания. Обвинение против Босилкова было сфабриковано. Цель была не в том, чтобы найти истину, а в том, чтобы показать всем, что ждёт непокорных.
Зал, где приговор написали заранее
Осенью 1952 года в Софии шёл показательный процесс над католическим духовенством. На скамье подсудимых сидели епископ, священники и миряне. Суд устроили напоказ, для публики и для устрашения.
От подсудимых на таких процессах ждали одного: признаться, раскаяться, отречься. Многие в те годы не выдерживали следствия и говорили то, что им велели. Босилков не стал. Он стоял перед судом и не отказался ни от веры, ни от Церкви, которой служил. Именно эту его стойкость в зале суда люди потом будут помнить лучше всего.
3 октября 1952 года суд вынес приговор: смерть.
Ему было 51 год. Монахом он был с 1920 года, священником — четверть века, епископом — пять лет.
Приговор зачитали.